Top.Mail.Ru
Крестьяне выстраивались в очередь за землей - Крестьянская Жизнь
Дата 25 Апреля, Четверг
$ - 00,0000 € - 00,0000

Крестьяне выстраивались в очередь за землей

Как в регионе проходила земельная реформа и что нужно менять сейчас? Профессору аграрного вуза Александру Воробьеву в этом году исполняется 70 лет. Всю свою жизнь он посвятил земле: работал главным инженером-землеустроителем управления сельского хозяйства облисполкома, а с 1989 года в течение 17 лет возглавлял областной комитет по земельным ресурсам и землеустройству. На его долю выпало непростое время масштабной земельной реформы. Подробнее об этом заслуженный землеустроитель России рассказал в интервью «Крестьянской жизни».

Крестьяне выстраивались в очередь за землей

 

Объективная необходимость

– Александр Васильевич, за многовековую историю России радикальные земельные преобразования происходили неоднократно. Что стало причиной земельного передела в девяностых?

– К 1990 году в нашей стране сложилась отвечающая мировому уровню система землеустройства и кадастра, способная решать задачи повышения плодородия и улучшения использования, учета и оценки земель. Сдерживающим фактором развития являлась исключительная собственность государства на землю. Основные производители сельскохозяйственной продукции – колхозы и совхозы – имели землю на праве пользования и, естественно, не могли ею распоряжаться. Поэтому объективно появилась необходимость введения частной и иных форм собственности.

Правовую основу земельной реформы заложили принятые в 1990 году законы РСФСР «О земельной реформе» и «О крестьянском (фермерском) хозяйстве».

– А в чем конкретно заключалась ваша работа как руководителя земельного комитета?

– На первом месте стоял вопрос подбора и расстановки кадров. Здесь я принимал единоличное решение. Многие из предлагаемых районной властью кандидатур на должность председателя комитета отклонял. Критерий был один – наличие землеустроительного или соответ­ствующего ему образования.

Из 33 районов только в одном руководителем стал непрофильный специалист.

Определял тематику, содержание и повестку коллегии комитета. Лично контролировал перераспределение и первичный учет земель, составление земельного баланса по каждому району. Обосновывал на заседаниях комиссий областного Совета необходимость выделения финансовых средств для проведения землеустроительных и кадастровых работ.

Постоянно участвовал в разрешении земельных споров, выезжал в районы на семинары, совещания, конференции. Выступал, разъясняя земельную политику федеральных органов власти, содержание новых законов, указов Президента, постановлений Правительства Российской Федерации.

– А что, их было так много?

– С 1991‑го по 2001 год в области землепользования и землеустройства в России на федеральном уровне было принято 32 закона, 52 указа

Президента Российской Федерации, 180 постановлений Правительства, 242 нормативно-правовых акта Госкомзема.

– И вы их все помнили?

– Нет, конечно, сотни страниц текста дословно запомнить нельзя. Но законы я постоянно читал, вникал в содержание и суть нормативных актов. Когда задавали вопросы «по земле», отвечал на них мгновенно и практически не ошибался. Помню, в первые два-три года от начала земельной реформы я ежеквартально или в преддверии совещания по аграрным вопросам обязан был прийти к губернатору и в самой сжатой форме изложить «новизну» законодательства. Начал с двух страниц печатного текста, он выслушал внимательно и сказал как отрезал: «В дальнейшем не больше полстраницы». На решение «полстраничной задачи» иногда уходило полдня, но выборка надолго оставалась в памяти…

 

Надел на будущее

– Известно, что вы участвовали в подготовке целого ряда региональных «земельных» нормативных актов. О неисполнении какого из них больше всего сожалеете?

– О решении, принятом на сессии Волгоградского областного Совета 30 июля 1990 г. «О механизме реализации земельного законодательства и создании крестьянских хозяйств в Волгоградской области». Суть его такова: изъять у колхозов и совхозов 10 % земли, создать оптимальные по размерам крестьян­ские хозяйства на конкурсной основе, дать им по 300 и более гектаров земли. После освоения – еще 10 % и так далее, обеспечивая естественный процесс формирования и расширения фермерских хозяйств. Но в декабре 1991 года вышел Указ Президента РФ, разрешивший поделить имущество колхозов и совхозов на паи, а сельскохозяйственные угодья – на земельные доли, и наше региональное решение практически утратило силу.

– Но вместе с тем область долгое время находилась в лидерах земельной реформы, как это удавалось делать?

– Указ Президента взбудоражил народ, я приходил на работу к восьми часам, и в отдельные дни уже стояла толпа просителей из разных районов. «Не дают землю для организации фермерского хозяйства или дают не там, где мы просим!», «Нарежьте участки под коллективное садоводство рабочим нашего завода» и так далее. Целый ряд нормативных актов носил декларативный характер, в них отсутствовал механизм реализации законов. Надо было что‑то делать. Я принял решение о составлении схем землеустройства районов. В схемах, на картах выделялись земельные массивы для первоочередного выхода правообладателей земельных долей, устанавливались границы поселений, формировались земельные участки с различными видами разрешенного использования. В процессе этой сложной профессиональной работы удалось максимально сохранить землепользования крупных сельскохозяйственных предприятий, организацию их территории и одновременно в рамках исполнения федерального законодательства наметить мероприятия по перераспределению земель, образованию новых организационно-правовых форм хозяйствования, включая создание крестьянских (фермерских) хозяйств. Проведенное землеустройство позволило значительно расширить границы населенных пунктов, полностью удовлетворить в 90‑е годы потребность граждан в земельных участках под индивидуальное жилищное строительство, развитие личных подсобных хозяйств, садоводство и огородничество, а по объему предоставления земель крестьянским (фермерским) хозяйствам Волгоградская область вышла на первое место в России.

Грубые ошибки

– Но сегодня говорят, что землеустройство не актуально, что всю информацию о земельных участках формируют кадастровые инженеры. За ними будущее?

– Глупости говорят. У кадастровых инженеров своя ниша, они очень далеки от землеустроительного производства. Загляните в Федеральный закон «О кадастровой деятельности», кадастровый инженер имеет право составлять только 4 вида документов: межевой план; технический план; акт обследования; карту-план, полученную в результате комплексных кадастровых работ. Все остальное от лукавого.

Вместе с тем кадастровые инженеры, предоставляя перечисленные документы в орган кадастрового учета, создают в стране информационную базу объектов недвижимости. Юридические и физические лица находятся под правовой защитой государства, если земельный участок, дом или квартира включены в единый государственный реестр недвижимости. Упрощается процедура купли-продажи и совершения других сделок, формируется налогооблагаемая база. Кадастровым инженерам сегодня нет альтернативы, тем более, что к комплексным кадастровым работам они практически еще не приступали.

В землеустройстве совершенно другие проблемы. В период проведения земельной реформы основательные изменения затронули структуру земельного фонда, причем с отрицательными последствиями. В силу объективных и субъективных причин уменьшилась площадь интенсивно используемых угодий. Часть пашни на площади 1,5 млн гектаров в регионе выведена из обработки. Бросовые земли стали носителями постоянной угрозы распространения злостных сорняков, нашествий вредителей и возбудителей болезней. Выявление и включение в сельскохозяйственный оборот таких земель – приоритетная задача землеустройства на современном этапе. Реализовать ее без проведения такого землеустроительного мероприятия, как инвентаризация земель, достаточно сложно. Первичный учет, основанный на землеустроительных документах, в регионе не ведется. Управление Росреестра по Волгоградской области ежегодно переписывает старые данные и включает их в отчет «О наличии и распределении земель по категориям и угодьям». Землеустроительная документация, составленная в разные годы, давно не обновлялась, но ее содержательная часть во многом является актуальной и может быть использована для восстановления первичного учета сельскохозяйственных угодий, но ее надо перевести в электронный вид.

Необходимо в ближайшие годы завершить актуальные землеустроительные работы по составлению карт (планов) объектов землеустройства.

– У вас большой опыт управления земельными ресурсами на регио­нальном уровне, а что бы вы могли посоветовать муниципальным образованиям?

 

 

– Чтобы эффективно управлять земельными ресурсами на муниципальном уровне, надо досконально и глубоко изучить объект управления. Глава администрации муниципалитета 1‑го уровня как минимум должен иметь карту (план) объекта землеустройства, читать карту сельскохозяйственных угодий и категорий земель. Этими документами органы местной власти обязаны руководствоваться при размещении многочисленных линейных объектов, проходящих по территории сельских поселений,

использовать их для установления охранных зон, проведения муниципального земельного контроля, организации работ по передаче земельных участков в аренду.

Муниципалитетам 2‑го уровня надо ежегодно сопоставлять сведения из формы 29 с / х (посевные площади) с наличием пашни в границах муниципального образования. Проводить анализ учетных данных по принципу: сумма площадей всех объектов в едином государственном реестре недвижимости не должна превышать общую площадь муниципального района.

В настоящее время надлежащий контроль отсутствует, одни и те же земельные участки учитываются по два-три раза, изменения в исходные данные не заносятся. Росреестр довел учет земель до абсурда: площадь категории земель сельскохозяйственного назначения Волгоградской области завышена на 5 млн гектаров и учитывается с грубыми ошибками!

Органы местного самоуправления могут навести порядок в этом вопросе. Безусловно, это положительно скажется на управлении земельными ресурсами, повысится собираемость земельных платежей, улучшится бюджетное обеспечение на муниципальном уровне.

Мария Латышева. Фото Сергея Григоренко, из архива Александра Воробьева